Ольга Шнырова

Раздельное обучение. Выгоды и риски

В нашей стране совместное образование было введено в мае 1918 года с целью устранить неравноправие женщин и мужчин в этой области. В 1943-м была предпринята попытка ввести раздельное обучение мальчиков и девочек в семилетних и средних школах Москвы, Ленинграда, столиц союзных республик, областных и краевых центров и ряда крупных промышленных центров СССР. Этот эксперимент был отменён в 1954 году.

Информационным поводом к этим заметкам стала публикация на новостном сайте НТВ «Плюсы и минусы раздельного обучения», в которой отмечается, что такой подход к образованию становится всё популярнее — в России уже несколько сотен раздельных классов. При этом из текста видно, что корреспондент, автор материала Георгий Гривенный, находясь под влиянием интервью педагогов, продвигающих идею раздельного образования мальчиков и девочек, склонен видеть в этом образовательном тренде больше положительных моментов. Под конец приводится, правда, мнение Ольги Маховской, старшего научного сотрудника Института психологии РАН, которая совершенно справедливо отмечает, что обучение ребёнка в однополом классе может осложнить его социализацию в будущем, но это единственное критическое суждение не может изменить общего оптимистического тона статьи. Поэтому — да будет выслушана и другая сторона — позвольте высказать несколько критических замечаний по поводу раздельного обучения.

Обратимся к истории. Раздельное образование существовало во всех европейских странах в ХIХ — начале ХХ века. Такой подход объяснялся очень просто: согласно популярной тогда теории раздельных сфер, мужчинам и женщинам в обществе предназначались разные роли. Мальчики готовились для сферы публичного: политики, бизнеса, управления, девочкам была уготована сфера частной жизни, роль «ангела домашнего очага». Естественно, что программы женских школ и гимназий существенно отличались от мужских, так как для выполнения исключительно роли жены и матери не требовалось большого объёма знаний. К тому же в то время существовали серьёзные предубеждения в отношении уровня развития женского интеллекта, который считался безусловно слабее мужского. Считалось, что по уровню умственного развития женщина остаётся на уровне подростка мужского пола 14—15 лет. Последствием такой ситуации было возникновение движения за право женщин на образование, которому удалось добиться допуска женщин к профессиям и в университеты, изменения программ женских школ и гимназий. В нашей стране совместное образование было введено в мае 1918 года с целью устранить неравноправие женщин и мужчин в этой области. В 1943-м была предпринята попытка ввести раздельное обучение мальчиков и девочек в семилетних и средних школах Москвы, Ленинграда, столиц союзных республик, областных и краевых центров и ряда крупных промышленных центров СССР. Этот эксперимент оказался не слишком успешным, вызвал критику со стороны родителей и учителей и был отменён в 1954 году. После этого никто не вспоминал о раздельном образовании вплоть до 90-х годов, когда переход к рынку привёл к появлению класса богатых и успешных, у части из которых появилось желание, чтобы их дочери получали образование, как в дворянских семьях ХIХ века. Возможно, вы помните, насколько популярна была в то время дворянская родословная: многие начали искать у себя дворянские корни и некоторые действительно находили. Кроме того, 90-е — это период начала так называемого патриархатного ренессанса — возрождения традиционных представлений о предназначении полов: мужчина — кормилец, женщина — хозяйка и мать. Лично я впервые столкнулась с раздельным обучением на конференции женских организаций в Ярославле в 2000 году. Директор частной женской школы с восторгом рассказывала о том, что её ученицы воспитываются практически так же, как ученицы институтов благородных девиц, у них даже форма похожа, с мальчиками (курсантами военного училища) они общаются только на балах, которые устраиваются для старшеклассниц два раза в год. На вопрос, как складывается судьба девочек после окончания школы, она с гордостью ответила, что поскольку их папы люди состоятельные, то они чаще всего удачно выходят замуж. Такой вот питомник рублёвских жён ярославского разлива. Однако исторический опыт показывает, что такое «возвышенное» воспитание вовсе не является залогом счастливого брака. Именно выпускниц институтов благородных девиц имел в виду известный русский публицист А. Амфитеатров, когда писал: «Царствование Николая I — классическая пора несчастных браков и непонятых женских натур». Не случайно движение за улучшение женского образования в ХIХ веке началось с проектов реформы женского институтского образования. Инициатором реформы был земляк этой самой директрисы, известный педагог К.Д. Ушинский, занимавший пост инспектора Смольного института. Но об этом сторонница раздельного обучения, вероятно, не знала. Проблема заключается в том, что многие приверженцы раздельного обучения действительно не знают либо не стремятся знать о его предыдущем опыте.

Так, замалчивается то обстоятельство, что в лучших закрытых мужских школах типа Итона и Харроу в Англии в ХIХ — начале ХХ века были распространены гомосексуальные отношения. Поскольку в этих учебных заведениях из поколения в поколение обучались представители английской аристократии, то они фактически были средой, воспроизводящей гомосексуализм в элите английского общества. В конце ХIХ века это привело к ряду крупных скандалов, самым громким из которых был процесс над знаменитым драматургом Оскаром Уайльдом в 1895 году. Эта проблема существовала и в закрытых мужских и женских учебных учреждениях других стран. Вспомните фильм «Дурное воспитание» известного испанского режиссёра Педро Альмодовара. Действие в этом фильме разворачивается не так уж далеко от наших дней.

Предвижу возражения, что в большинстве случаев в нашей стране раздельное образование предусматривает обучение мальчиков и девочек в разных классах в одной и той же школе, что не исключает их общения на переменах и после занятий. Однако и такой подход может привести к целому ряду проблем. Во-первых, вызывают возражение сами обоснования раздельного образования, которые дают его сторонники. На наш взгляд, порой они просто лишены логики. В репортаже Г. Гривенного приводится мнение директора московской школы № 1257 о раздельном образовании: «Идея такого гендерного подхода как раз в том, чтобы помочь ученикам лучше воспринимать материал. Ведь у девочек больше развит эмоциональный интеллект, а у мальчиков — абстрактное мышление. Значит… подавать один и тот же предмет можно и нужно по-разному». Сразу же хочется спросить: имеют ли директор школы и автор публикации представление о содержании употребляемых ими терминов? Теория эмоционального интеллекта — относительно новое явление в психологии, её стали разрабатывать в 90-х годах прошлого века. С точки зрения большинства её разработчиков, эмоциональный интеллект — это понимание своих эмоций и своих скрытых мотивов для эффективного взаимодействия с окружающим миром. Обладают им в разной степени представители обоих полов, но развитие эмоционального интеллекта обычно связывают с лидерскими качествами. Лидеры — это люди с развитым эмоциональным интеллектом. Значит ли это, что адепты раздельного образования ставят своей задачей в итоге воспитывать у девочек лидерские качества в большей степени? Тогда как это сочетать с ещё одним аргументом сторонников раздела школьных полов, где в детях быстрее и твёрже формируются то самое мужское и женское начало, то есть опять традиционная дихотомия: мужчина — сильный и активный, женщина — слабая и зависимая?

Далее описывается урок физики в этой школе: «Учитель физики Розалия Чулимова в классе мальчиков в самом начале урока демонстрирует опыт — фокус с атмосферным давлением. Больше от стола с колбочками и скляночками они не отойдут до звонка на перемену». Розалия Чулимова, учитель физики школы № 1257, объясняет свой новаторский подход следующим образом: «У девочек это будет экстремальный вариант, с девочками так нельзя. Мальчики познают науку самостоятельно на практике, а девочки только потом закрепляют усвоенный материал при помощи тех же приборов». Из этого следует вывод, что девочки сначала осваивают теорию и потом закрепляют её на практике. Но не значит ли это тогда, что у них лучше, чем у мальчиков, развито абстрактное мышление? С такого рода логическими несостыковками и терминологическими ляпами мне приходилось сталкиваться и на тех круглых столах по раздельному обучению, на которых приходилось присутствовать. Энтузиазма его сторонникам не занимать, но теория часто хромает. Нас как организацию, которая более 10 лет занимается вопросами гендерного образования, беспокоит то обстоятельство, что достаточно часто понятия «раздельное обучение» и «гендерное образование» смешиваются. Время от времени мы (Ивановский центр гендерных исследований) получаем приглашения на конференции по гендерному образованию, но при ближайшем рассмотрении оказывается, что на самом деле предполагается обсуждение проблем раздельного обучения. Пользуясь случаем, хочется сказать: «Дорогие мои, гендерное образование — это не то, что вы думаете!» Начнём с того, что гендерное образование берёт своё начало от феминистской педагогики и цель его — продвижение идей равенства полов и толерантности, преодоление гендерных стереотипов, воспитание активной жизненной позиции как у мальчиков, так и у девочек. Оно ориентировано на формирование андрогинной личности, то есть личности, в которой присутствуют как феминные, так и маскулинные качества: то есть мальчики могут плакать и проявлять слабость, а девочки могут быть сильными и активными. Свои задачи оно может решать только в процессе совместного обучения учащихся обоих полов.

Это не значит, конечно, что гендерное образование стремится в итоге воспитать женоподобных мужчин и мужеподобных женщин, но хотелось бы, например, чтобы не только из девочек вырастали заботливые матери, но и из мальчиков ответственные отцы (есть такое понятие «ответственное отцовство», подразумевающее, что отец наравне с матерью участвует в уходе за ребёнком и его воспитании начиная с рождения). Именно в школе и в вузе наиболее активно идёт процесс гендерной социализации, когда мальчики и девочки примеряют на себя те роли настоящего мужчины и настоящей женщины, которые предлагает им социальная среда, и не всегда этот процесс протекает безболезненно, так как роли эти обусловлены устаревающими патриархатными стереотипами. В гомогенной по половому признаку среде становление мужественности и женственности может протекать достаточно однобоко. Чтобы не быть голословной, приведу выдержки из двух студенческих эссе:

«Мужчина — это круто, по крайней мере лучше, чем быть женщиной. Женщину избивают не обязательно для того, чтобы показать, кто босс, на неё можно просто прикрикнуть, и она тут же поймёт, что без мужчины она не была бы женщиной».

«На мой взгляд, каждый мужчина должен быть прежде всего человеком во всех смыслах этого слова. У каждого человека свои представления о мужественности и женственности… ровно столько, сколько людей живёт на планете… Я думаю, что, как и каждый человек, любой мужчина имеет не только обязанности, но и права, к числу которых относится и право на слёзы в определённых ситуациях. Разумеется, если мужчина, который случайно упал, зальётся горькими слезами, он будет выглядеть несколько странно, но если мужчина теряет близкого человека и остаётся абсолютно невозмутимым, то это говорит лишь о его чёрствости и бессердечности».

Автор первой цитаты — студент мужской группы механического факультета сельскохозяйственной академии, автор второй был студентом исторического факультета университета, где юношей и девушек приблизительно поровну и читаются курсы по гендерной проблематике. Я преподавала в обоих учебных заведениях и могу свидетельствовать, что в мужских студенческих группах это самое мужское начало действительно формируется очень твёрдо, но скажите мне, чья маскулинность представляется вам более привлекательной? И сможет ли автор первой цитаты создать впоследствии благополучную семью?

Наш опыт работы в школах и вузах показывает, что именно на уроках, особенно у хороших педагогов, использующих инновационные методики, мальчики и девочки учатся совместно решать задачи и принимать решения, понимать и уважать особенности мышления и мировосприятия друг друга, что им пригодится во взрослой жизни, когда они начнут работать в смешанном коллективе. И очень хорошо, когда эти навыки дополнительно отрабатываются на классных часах по гендерной проблематике. Общения на переменах для выработки таких навыков рабочего взаимодействия явно недостаточно. И поверьте, у тех студентов и учащихся, которые осознали, что «работать вместе с девушками над решением проблемы сложно, но очень здорово» и что «к мужчинам нужно относиться терпимее, ведь они такие уязвимые» (это выдержки из анкет обратной связи одного из наших проектов по гендерной социализации), карьера сложится удачней, чем у выпускников раздельных классов.

Кстати, о карьере. Да, в нашей нынешней жизни «мужчиной-домохозяйкой или женщиной-бизнесменом никого уже не удивишь», но что в этом плохого? Если в нынешней профессиональной деятельности важнее не физическая сила, а мозги, то это неизбежно приводит к расширению поля возможностей для женской карьеры. Это глобальный процесс, и противостоять ему трудно, да, наверное, и не имеет смысла, хотя, на наш взгляд, раздельное обучение как раз является такой попыткой противодействия неизбежному. Ведь логическим продолжением раздельного обучения в школах является распределение выпускников по мужским и женским факультетам и вузам, а затем сегрегация по половому признаку рынка труда и увеличение разрыва в оплате труда мужчин и женщин, так как в нашей стране профессии, где преобладают женщины, традиционно оплачиваются ниже. Да, и у родителей, и у учеников должно быть право выбора между совместным и раздельным обучением, но важно, чтобы этот выбор был правильным, он должен быть обдуманным и осознанным, в том числе нужно ответить на главный вопрос: «Какого будущего я хочу для своего ребёнка, когда он вырастет?»