Алла Чирикова

Займут ли российские женщины руководящие посты во власти?

Три возможных сценария

Анализируя барьеры на пути попадания женщин в высшие эшелоны власти, исследователи (Г. Айвазова, Е. Кочкина и др.) справедливо указывают на наличие большого числа барьеров, среди которых основное значение имеют гендерные и социокультурные стереотипы, закрытость власти от несистемных игроков, нежелание самих женщин двигаться вверх по карьерной лестнице.

Несмотря на то что перечисленные барьеры действительно во многом предопределяют карьерные траектории женщин во власти, однако дискриминационные факторы нельзя признать единственно определяющими путь женщин во власть.

Нельзя не учитывать, что ценности, установки, стремления самих женщин-управленцев не могут не играть здесь определённой роли, так же как и готовность властных команд рассматривать женщину как эффективного руководителя и психологически принять или не принять женщину в свою команду. Однако композиция этих факторов, представления самих женщин, достигших высших позиций во власти, о том, что мешало и что способствовало их продвижению наверх, до настоящего времени не учитывались и не анализировались как системное явление.

В данном исследовании мы опирались на оценки самих женщин-руководителей, достигших самых высоких позиций в региональной и городской власти. Ситуация с женщинами во власти изучалась в двух российских регионах — Тамбовской области и Пермском крае. Всего было проведено 52 интервью с самими женщинами-руководителями, региональными экспертами и руководителями кадровых служб, непосредственно участвующими в назначении женщин на высшие посты во власти.

В процессе исследования анализировались: путь женщин во власть, мотивация карьерного роста, место и роль женщины в губернаторской команде, формы власти, к которым тяготеют женщины, выраженность гендерных стереотипов среди властных фигур, принципы, которыми руководствуются женщины во власти, стили лидерства, сочетание семейных и лидерских ролей и др. Особое место в исследовании уделялось перспективам женщин в российской власти, которые оценивались самими женщинами, региональными экспертами и субъектами кадровой политики. Этот вопрос нам бы хотелось осветить более подробно в предлагаемой статье.

Женщина на руководящей должности во власти: чего ждать завтра?

Оценки экспертов и самих женщин-руководителей относительно перспектив женщин во власти варьируют в широком диапазоне. Все полученные в ходе исследования точки зрения можно интегрировать в сценарный прогноз. Применительно к России участники исследования предлагают три различных сценария женского представительства во власти: пессимистический, инерционный и оптимистический.

Первый сценарий: «Гендерная сегрегация». В данный сценарий укладываются все полученные от участников исследования оценки, согласно которым число женщин во власти в перспективе будет сокращаться. Второй сценарий: «Социальная инерция». Он объединяет оценки тех участников исследования, которые убеждены, что в будущем доля женщин, занимающих руководящие позиции во власти, будет относительно невысокой, а попадание или непопадание женщин во власть будет, как и сегодня, определяться волей первого лица. Третий, оптимистический сценарий: «Спираль поступательного развития». Согласно этому сценарию представительство женщин во власти будет нарастать. Сторонники этой точки зрения не исключают, что через 10 лет соотношение женщин и мужчин на высших этажах российской власти будет примерно равным или почти равным.

Самый распространённый сценарий по упоминаемости среди самих женщин-руководителей и экспертов — это сценарий «Спираль поступательного развития». Вероятность его реализации, по оценкам респондентов, наиболее высока в исполнительной власти. Что же касается присутствия женщин в законодательной ветви власти, здесь прогноз более осторожный и свидетельствует о том, что в этой ветви власти события будут развиваться скорее по инерционному сценарию. Тенденция активного завоевания женщинами лидирующих позиций во власти и бизнесе становится всё более заметной по двум причинам: в связи с нарастанием экономической независимости женщин и их стремлением к самореализации. «Экономическая самостоятельность женщины (неважно, где она находится — в бизнесе или во власти) растёт. Этот процесс остановить невозможно. Женщина, придя в бизнес, почувствовала свою независимость, в том числе и от мужчины, а это очень сильный наркотик. Среди молодых сейчас достаточно много независимых женщин, которые понимают, что их цель не столько удачно выйти замуж, сколько состояться как личности. Я думаю, что у женщин во власти и в бизнесе есть шансы, хотя они трудно совместимы с типичными семейными ценностями. А вот с нетипичными ценностями они совмещаются легко», — делится своими размышлениями женщина-министр.

Согласно этому сценарию проникновение женщин во власть будет происходить различными путями. Если в федеральном центре эксперты в качестве предпочтительной модели попадания женщин во власть называют модель парашютирования, то в регионах этот процесс чаще всего ассоциируется с завоеванием женщинами лидирующих позиций по модели постепенного карьерного роста. В этой логике завоевание женщинами руководящих постов во власти мыслится как постепенный процесс, начинающийся с уровня местного самоуправления. Уже сегодня на руководящих должностях в местном самоуправлении работает достаточно много женщин. Это бывшие врачи и учителя, они имеют солидный социальный капитал, помогающий им конкурировать с другими кандидатами.

Не менее важная причина попадания женщин во власть именно городского уровня определяется, по мнению респонденток, спецификой организации российской власти. «Городской уровень женщине ближе. В областной власти мужчина подходит больше, там должно быть сильное мужское начало — вертикаль должна работать, ей нужны мужской ум и жёсткость», — убеждена одна из наших респонденток. Чаще всего на высокие позиции в местной власти женщины продвигаются там, где город или район небогат, иначе женщине пришлось бы выдерживать конкуренцию с сильными кандидатами-мужчинами. В небогатых городах женщинам приходится трудно, но они стараются любой ценой удержаться на плаву.

Ещё одна, не менее интересная версия: в условиях моноцентризма, если политические процессы в регионах будут и дальше сворачиваться, высока вероятность того, что власть будет отдана женщинам, поскольку мужчинам она будет неинтересна. Именно так ситуацию на местном уровне оценивает тамбовский политолог Д. Сельцер: «При деградации политической системы какие-то зоны во власти обязательно будут отданы женщинам. Наверное, это будут малозначимые зоны, такие как городские и районные советы. Это фактически декоративные структуры. Там нет ресурсов. Уже сегодня местные советы становятся женской вотчиной».

Для реализации этого сценария будет достаточно установки из регионального или федерального центра выбирать одних и не выбирать других. Хорошо известно, что местные выборы часто становятся объектом манипуляции со стороны властей более высокого уровня. Именно поэтому скорость продвижения женщин во власть может зависеть от установки, полученной с более высокого уровня власти.

Приводятся и другие основания предпочтительной реализации оптимистического сценария прихода женщин во власть. Так, по мнению Н. Астафьевой, функциональная перестройка задач, возрастание аналитической составляющей могут привести в будущем к значительному десанту женщин во власть. Позицию министра поддерживает председатель избирательной комиссии Тамбовской области А. Пучнин, который высказанные аргументы дополняет субъективными соображениями: «Женщин во власти со временем будет больше и по объективным, и по субъективным причинам. Объективные предпосылки: женщины всё более наращивают уровень своего образования и возможностей. Есть субъективные причины, по которым женщины будут привлекаться во власть: они не пьют».

Определённую роль в продвижении женщин во властные структуры может сыграть начавшийся кризис. Психологами отмечается, что женщины более устойчивы в трудных ситуациях, когда надо находить нетривиальные решения. Важно, что за прошедшие годы изменились не только женщины, но и стили руководства. На смену авторитарному стилю пришёл стиль, предполагающий согласование, в реализации которого женщины имеют явные преимущества над мужчинами: «Сегодня векторы управления поменялись. Например, в строительной отрасли востребовано не командно-приказное лидерство, как в прошлом, а политика, экономика, отношения с людьми».

Важную роль в реализации оптимистического сценария может сыграть успешность женщин в реальном управлении регионом. Опыт работы женщин на руководящих постах в исполнительной власти может повлечь за собой с высокой долей вероятности более активное продвижение женщин во власть законодательную. Вот что по этому поводу думает в прошлом блистательный управленец, а в настоящее время уполномоченный по правам человека в Пермском крае Т. Марголина: «Годы присутствия женщин во власти не пройдут зря. Их опыт работы, они лично будут известны элитам и населению. Их нельзя будет просто сбросить со счетов. Губернатор не может не считаться с профессионализмом и общественным мнением».

Что касается реализации оптимистического сценария женского лидерства в законодательной власти, то респонденты чаще всего связывали его с активным приходом женщин в бизнес. «В перспективе в законодательной власти увеличение женской страты произойдёт неизбежно. Позиции женщин в бизнесе укрепляются, они начинают входить в элиту», — убеждён пермский политолог П. Панов. Участники исследования напрямую связывают успешность женщин в бизнесе с их прохождением в региональную политику. Давно замечено: как только в России появляются серьёзные позиции в экономической сфере, сразу открываются возможности в политике. Эта связь неизбежна. Женщины пойдут в политику, когда у них появятся собственные позиции в бизнесе», — считает М. Старкова, руководитель социологической службы администрации Пермского края.

Аргументом в пользу реализации данного сценария может служить тот факт, что в перспективе может произойти замена крупных бизнесменов в парламенте на их политических представителей. Эксперты не исключают, что в роли таких представителей вполне могли бы выступить женщины, которые менее склонны к предательству и умеют хорошо реализовывать поставленные перед ними задачи. Этот сценарий применительно к законодательной ветви власти станет вероятным в том случае, если партии будут развиваться как открытый институт, предоставляющий женщинам равные с мужчинами шансы.

Второе место по частоте упоминаний после оптимистического сценария в нашем исследовании занял сценарий «Социальная инерция», согласно которому существующее соотношение во власти женщин и мужчин на руководящих должностях не претерпит значительных изменений. Вероятность его реализации тем выше, чем более инерционными будут оставаться институты власти в России. В качестве основы инерционности респондентами рассматривались такие факторы, как доминирование неформальных практик и усиливающийся эффект передачи власти по наследству. Немалую роль в воспроизводстве данного сценария будут играть традиционные стереотипы и в целом нежелание мужчин пропускать женщин на руководящие позиции.

Как это ни парадоксально, некоторые из женщин, имеющие опыт управления, убеждены, что наращивать число женщин в среднесрочной или краткосрочной перспективе не следует: «Женщин во власти в России достаточно, для России это потолок. В Европе уровень жизни и уровень свободы выше, а богатая жизнь более предсказуема. Женщине легче достичь лидирующих позиций в политике, если государство более развито. В богатом государстве меньше вероятность что-то провалить. Поэтому такие государства решаются вверить женщинам власть. А когда плохо — тут требуется большая решительность».

Фактором, обеспечивающим реализацию сценария «Социальная инерция», выступает не только высокая консервативность властных институтов, но и система интересов политических акторов, рискнувших пойти во власть: «Власть привлекательна для тех, кто видит в ней возможность удовлетворения каких-либо интересов. Такой выбор более типичен для мужчин». Более того, многие респонденты признают, что женщина чаще всего не умеет пользоваться преимуществами, которые обеспечивает власть. Применительно к законодательной власти инерционный сценарий остаётся доминирующим, так как для качественного прорыва в этом направлении требуется изменение каналов рекрутирования женщин в законодательную ветвь власти. Пока же конкурировать с мужчинами из бизнеса или из партийных структур женщины просто не в состоянии. В перспективе тенденция «точечного присутствия» женщин в региональных парламентах сохранится, если не будет введён принцип квотирования.

Сценарий «Гендерная сегрегация» некоторыми респондентами назывался в числе возможных сценариев развития, однако его сторонников немного. Скорее всего, он рассматривается как запасной вариант, который возможен в том случае, если конкуренция во власти будет нарастать, а мест — не хватать даже для высокоресурсных мужчин, не говоря о женщинах. В этом случае гендерные стереотипы, которые начали постепенно смягчаться, вновь приобретут силу. Характерно, что именно женщины, давно работающие в структурах исполнительной власти, являются проводниками данного сценария и не верят в позитивные перемены.

Некоторые из сторонников данного сценария не обязательно связывают его реализацию с ухудшением экономической или политической ситуации в стране. Скорее наоборот, развитие бизнеса предопределит, по их мнению, перетекание женщин в бизнес, а власть останется не столь привлекательным институтом, «потому что нагрузки там большие, а деньги скромные». Кроме того, некоторые из женщин полагают, что успех слабого пола во власти и бизнесе достигается за счёт редукции семейных ролей, существенного повышения внутренних нагрузок, а это в корне неправильно. В соответствии с этой логикой много работать должны мужчины, а заниматься семьёй — женщины.

Вытеснение женщин из власти в перспективе может происходить благодаря более активному проникновению во власть молодёжи. Некоторые из респонденток убеждены, что приход женщин во власть на верхние этажи осуществляется при поддержке мужчин, но в условиях кризиса мужчины могут отказать женщинам в такой поддержке, чтобы выжить самим.

Реализация редукционного сценария будет во многом зависеть от общественно-политического выбора, который сделает Россия и который на сегодняшний день не до конца определён. «На верхних этажах более жёсткие правила игры. Чтобы уметь в них играть, надо иметь железный характер», — считает одна из женщин-руководителей.

Применительно к законодательной власти сегрегационный сценарий также остаётся вероятным, особенно если неформальные практики будут доминировать над формальными. В этом случае законодательная власть останется не институтом представительства общественных интересов, но площадкой согласования корпоративных интересов наиболее влиятельных политических и экономических региональных акторов. Предположить, что женщинам за короткий срок удастся набрать вес и перейти из ниши малого и среднего в крупный бизнес в условиях кризиса, вряд ли возможно. Конкурировать с мужчинами из бизнеса, имея лишь социальный капитал, можно будет только в одном случае: если в стране резко повысится уровень протестных настроений на фоне сильного разочарования в мужской политике.

Итак, с большей степенью вероятности можно говорить о преобладании позитивного сценария над всеми остальными, особенно если речь идёт об исполнительной власти. При этом следует обратить внимание на то, что реализация сценария «Спираль поступательного развития» предполагает благоприятное стечение внешних обстоятельств и не зависит напрямую от усилий самих женщин. Несовершенство институтов и политических практик, рост политической конкуренции, ухудшение экономической ситуации или развитие бизнеса как более доходной ниши могут повлечь за собой сворачивание этого сценария и замену его на сценарий «Социальная инерция» или даже на сегрегационный сценарий. Экспертами и самими женщинами-руководителями приводится довольно широкий спектр аргументов, на которых строится вероятность реализации данного сценария. Среди них глобальные тенденции, смягчение гендерных стереотипов в обществе и внутри властных институтов, снижение конкурентности власти как сферы приложения труда для мужчин, особенности управленческих компетенций женщин, запрос власти на профессиональных исполнителей. Перспективы продвижения женщин в законодательную власть менее оптимистичны. Эту ветвь власти в ближайшем будущем, судя по всему, не ожидают серьёзные перемены, а следовательно, в среднесрочной перспективе представительство женщин в ней будет находиться в прямой зависимости от партийной принадлежности или личных экономических успехов.